Наверное, именно в этот момент я поняла, что уже стала взрослой. Если прежде у меня были лишь мысли о том, что я могу кому-то нравиться, что я могу возбуждать кого-то, то теперь я ощутила это на себе. Я ощутила на себе мужское внимание и желание.
Я спускалась вниз по ступенькам быстрыми шагами, и в моей голове крутились слова: «позор», «Антон все видел», «позор», как я ему буду смотреть в глаза, до чего я опустилась, меня сперва мои ученики трахнули в классе
Глава 9. Прощение Анна не помнила, как вырвалась от двух случайных любовников. Она бежала по коридору, на ходу завязывая тесёмки треклятого купальника, спровоцировавшего спасателя на усиленное внимание к ней. Надо же так вляпаться!
Я проснулся от стонов своей жены, которые исходили из комнаты нашего сына. Я быстро соскочил с кровати и быстрыми шагами направился в комнату нашего сына Кости и, открыв дверь, остолбенел от увиденного: там, в комнате, моя жена Катя прыгает сверху на нашем сыне.
Она вышла из дома, хлопнув дверью так, что задребезжали стёкла в подъезде. Рюкзачок на плече, три тысячи в кармане, «Нокия» в руке — и злость, которая кипела в груди и требовала выхода. Инга шла по улице быстрым шагом, не оглядываясь. Задолбали. Мать —
Сегодня с утра был жаркий хороший день, я, приняв душ, готовила завтрак для мужа и сына, стоя у плиты в короткой белой майке. Под низом у меня были только мои чёрные трусики. Муж мой, Виталя, постоянно ругался на меня, что я так хожу по дому, потому что
2026 год. Санкт-Петербург. Слабое приглушённое свечение прикроватной лампы отбрасывало длинные, волнообразные тени на тяжёлые шторы, едва оживлённые застойной атмосферой комнаты. Лена лежала на белых простынях кровати, её голые ягодицы блестели, от пота
Ольга всегда отличалась терпением и рассудительностью, но к 40 годам ее чаша оказалась переполненной. И последние 2 капли попали в чашу именно сегодня, в солнечную субботу прохладного октября. Она как обычно в халатике, который подчеркивал ее стройную
Ева снова взглянула на Антона, и внутри неё разливался жар. — А что ещё ты представляешь? — спросила она, и её голос сорвался на вздохе. Антон улыбнулся — той своей дерзкой улыбкой, от которой у неё внутри всё переворачивалось: —
Выйдя из гостеприимного дома работницы ФСИН, конопатой отрядницы Нины, я отправился на железнодорожный вокзал, он находился неподалеку, где благополучно сел на скорый поезд "Саранск — Москва", который делал остановку в Потьме и, заняв